Незаконные приговоры. Часть 2

12.08.2018

 

Опубликовано открытое заявление основанное на законодательстве и Конституции РФ о грубейших нарушениях и фактах фальсификации, которые в очередной раз обнаружены при изучении материалов уголовного дела № 14610288.

В заявлении подробно написано о грубейших нарушениях при вынесении приговора Китасову Е.В.

Китасов Е.В. осуждён Кемеровским областным судом на 16 лет колонии строгого режима и в настоящее время отбывает наказание в колонии г. Иркутска.

При этом, согласно постановления Советского суда г. Омска в настоящее время Китасов Е.В. должен проходить принудительное лечение у психиатра.

Генеральному прокурору РФ

Чайке Юрию Яковлевичу

 

Копии: Президенту Российской Федерации

Путину Владимиру Владимировичу

 

Председателю Следственного комитета Российской Федерации

Генералу юстиции Российской Федерации

                                         Бастрыкину Александру Ивановичу   

 

Директору ФСБ РФ

Бортникову Александру Васильевичу

 

Начальнику ГУ Собственной безопасности МВД РФ

Генерал-лейтенанту полиции

Макарову Александру Ивановичу

 

Начальнику Следственного департамента МВД РФ

заместителю министра внутренних дел РФ, генерал-лейтенанту юстиции

Романову Александру Владимировичу

 

от адвоката ...

Заявление

в порядке ст. 144 – 145 УК РФ

   

         В производстве следователя по особо важным делам первого отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Кемеровской области Алексеева Дмитрия Александровича имелось уголовное дело № 14610288. Согласно материалам уголовного дела в качестве обвиняемого был привлечен Синюков Андрей Петрович, 06 апреля 1972 года рождения, а также Павликовский Л.В., Китасов Е.В., Титов Д.К. и другие лица, подозреваемые в совершении тяжких и особо тяжких преступлениях.

С осужденными в данный момент Павликовским Л.В., Титовым Д.К., Китасовым Е.В. были заключены досудебные соглашения о сотрудничестве.

Ранее уже сообщалось о грубейших процессуальных нарушениях в период расследования уголовного дела следователем Алексеевым Д.А. касаемо обвиняемого Титова Д.К.

В ходе дальнейшего изучения материалов дела обнаружено очередные процессуальные нарушения, влекущие отмены вынесенных судебных актов в отношении не только Титова Д.К., но и Китасова Е.В.

Указанные лица дают показания относительно Синюкова А.П.

Считаю, что необходимо также проанализировать незаконные действия следователя в ходе расследования уголовного дела в отношении троих осужденных, а также обоснованность вынесенного приговора.

А теперь по порядку и с самого начала касаемо осужденного Китасова Е.В.

Приговором 12 ноября 2001 года Советским районным судом г. Омска Китасов Евгений Владимирович был признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «б» ч.3 ст. 162, ч.4 ст.222 Уголовного кодекса Российской Федерации. На основании ст. 21 Уголовного кодекса Российской Федерации осужденный Китасов Е.В. был освобожден от уголовной ответственности. В соответствии со ст. 99 Уголовного кодекса Российской Федерации последнему были назначены принудительные меры медицинского характера, которые выражались в амбулаторном принудительном наблюдении и лечении у психиатра.

            В материалах дела имеется протокол допроса подозреваемого Китасова Е.В. от 17 мая 2015 года (Т.36, л.д. 8-11), который сообщил следователю СО Отдела полиции «ФПК» СУ Управления МВД России по г. Кемерово Пилипчук С.В., что он «…в КОКПБ на учете состоял, диагноз не помнит…».

            Следователь Пилипчук С.В., получив данные сведения, умышленно игнорирует данную информацию. Ведь совершенно не секрет, что в таком случае следователь обязан сделать запрос в медицинское учреждение, где состоял на учете подозреваемый, с целью установления отсутствия, либо наличия психического заболевания у подозреваемого. Следователь прекрасно понимал, что наличие психического заболевания у обвиняемого будет требовать от него определенных процессуальных действий.

            В силу ч.1 ст. 435 Уголовно-процессуального кодекса РФ  при установлении факта психического заболевания у лица, к которому в качестве меры пресечения применено содержание под стражей, по ходатайству следователя с согласия руководителя следственного органа, а также дознавателя с согласия прокурора суд в порядке, установленном ст. 108 УПК РФ, принимает решение о переводе данного лица в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях.

            Данный порядок также закреплен в Постановлении Конституционного Суда РФ от 24 мая 2018 года № 20-П «По делу о проверке конституционности ст. 435 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан Д. и К.». 

Конституционный Суд Российской Федерации постановил: признать ч.1 ст. 435 УПК Российской Федерации, не противоречащей Конституции Российской Федерации в той мере, в какой - по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования - она предполагает, что: в случае выявления факта психического заболевания у лица, к которому в качестве меры пресечения применено содержание под стражей, суд, принимая решение о его переводе в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях, - при наличии для этого медицинских показаний, зафиксированных в заключении экспертов, участвующих в производстве судебно-психиатрической экспертизы, и, при необходимости, в медицинском заключении соответствующей медицинской организации, - обязан установить срок, на который данное лицо помещается в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях, в том числе календарную дату его истечения.

 

            Также 25 мая 2017 года при допросе обвиняемого Китасова Е.В. в протоколе в п.12 (иные данные о личности обвиняемого), (Т. 36, л.д. 25-28) указывается, что последний состоит на учете в Омской психиатрической больнице.

            Следователь по ОВД первого отдела по расследованию ОВД следственного управления Следственного комитета РФ по Кемеровской области Алексеев Д.А. указанное обстоятельство преступно игнорирует.

 

            КИТАСОВ Е.В. НАХОДИЛСЯ НА УЧЕТЕ В ПСИХОНЕВРОЛОГИЧЕСКОМ ДИСПАНСЕРЕ, БЫЛ ОСВОБОЖДЕН ОТ УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ В ВИДУ НАЛИЧИЯ ПСИХИЧЕСКОГО ЗАБОЛЕВАНИЯ. ЭТИ СВЕДЕНИЯ СООБЩЕНЫ СЛЕДОВАТЕЛЯМ ПИЛИПЧУКУ С.В. И АЛЕКСЕЕВУ Д.А., НО НА ЭТУ ИНФОРМАЦИЮ НЕ ПОСЛЕДОВАЛА ПРОЦЕССУАЛЬНО-ГРАМОТНАЯ, ПОСЛЕДОВАТЕЛЬНАЯ РЕАКЦИЯ ДОЛЖНОСТНЫХЛИЦ.

 

            Более того, назначая принудительное лечение, суд (и только суд!) не устанавливает его сроков, так как оно зависит от многих обстоятельств (тяжести и степени заболевания, его течения, методов лечения и т.п.) и должно продолжаться, пока больной представляет опасность для окружающих и не может отвечать за свои деяния.

            В силу ст. 102 Уголовного кодекса РФ продление, изменение и прекращение применения принудительных мер медицинского характера осуществляются судом по представлению администрации медицинской организации, осуществляющей принудительное лечение, или уголовно-исполнительной инспекции, контролирующей применение принудительных мер медицинского характера, на основании заключения комиссии врачей-психиатров.

           В подтверждение того, что Китасов Е.В. не проходил лечения своего психического заболевания, в материалах дела имеется заключение комиссии экспертов № Б-44/2016 от 18 января 2016 года, где установлено, что после принудительного нахождения в стационаре к психиатрам не обращался.

          Как указано ранее, судом не были сняты принудительные меры медицинского характера в отношении Китасова Е.В.

В силу ст. 90 УПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу приговором, за исключением приговора, постановленного судом в соответствии со ст. 226.9, 316 или 317.7 УПК РФ, либо иным вступившим в законную силу решением суда, принятым в рамках гражданского, арбитражного или административного судопроизводства, признаются судом, прокурором, следователем, дознавателем без дополнительной проверки.

         Постановление Конституционного Суда РФ от 21 декабря 2011 года № 30-П "По делу о проверке конституционности положений статьи 90 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой граждан В.Д. Власенко и Е.А. Власенко" - Конституционный Суд Российской Федерации постановил:

Признать положения ст. 90 УПК Российской Федерации, не противоречащими Конституции Российской Федерации в той мере, в какой по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования эти положения означают, что: имеющими преюдициальное значение для суда, прокурора, следователя, дознавателя по находящемуся в их производстве уголовному делу являются фактические обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом, разрешившим дело по существу в порядке гражданского судопроизводства, т.е. когда в уголовном судопроизводстве рассматривается вопрос о правах и обязанностях того лица, правовое положение которого уже определено ранее вынесенным судебным актом.

         Следовательно, на момент задержания 16 мая 2015 года и до настоящего времени Китасов Е.В. должен находиться на принудительным лечении и под наблюдением у психиатра на основании приговора от 12 ноября 2001 года Советского суда г. Омска.

          Несмотря на то, что заключение кемеровских экспертов установило якобы отсутствие психического заболевания у обвиняемого, Китасов Е.В. по приговору Советского суда г. Омска от 12 ноября 2001 года был признан невменяемым и принудительные меры медицинского характера судом прекращены не были.

          В силу ст. 437 УПК РФ лицу, в отношении которого ведется производство о применении принудительной меры медицинского характера, должно быть предоставлено право лично осуществлять принадлежащие ему и предусмотренные статьями 46 и 47 УПК РФ процессуальные права, если его психическое состояние позволяет ему осуществлять такие права.

         При этом учитываются заключение экспертов, участвующих в производстве судебно-психиатрической экспертизы, и при необходимости медицинское заключение медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях. Законный представитель лица, в отношении которого ведется производство о применении принудительной меры медицинского характера, привлекается к участию в уголовном деле на основании постановления следователя либо суда. При отсутствии близкого родственника законным представителем может быть признан орган опеки и попечительства. В нарушение ч. 1 ст. 437 УПК РФ у Китасова Е.В. отсутствовал законный представитель.

         С участием Китасова Е.В. не только проводились следственные действия, было заключено досудебное соглашение (данное незаконное постановление было согласовано в находящимся в СИЗО бывшим руководителем СУ СК РФ по Кемеровской области Калинкиным С.Н.), но и теперь Китасов Е.В. уже осужден и отбывает срок. А должен проходить принудительное лечение, которое так он и не прошел, и судом оно не было прекращено.

            Следственные действия, которые были проведены с участием Китасова Е.В., который на тот период времени, если руководствоваться ст. 102 УК РФ, должен был находиться на принудительном лечении:

  1. Дополнительный допрос обвиняемого Китасова Е.В. от 24 июня 2015 года (Т.5 л.д. 152-158)

  2. Допрос Китасова Е.В. от 03 декабря 2015 года (Т.18 л.д. 161-163)

  3. Допрос подозреваемого Китасова Е.В. от 17 мая 2015 года (Т.36 л.д. 8-11)

  4. Допрос Китасова Е.В. от 25 мая 2015 года (Т.36 л.д. 25-28)

  5. Дополнительный допрос обвиняемого Китасова Е.В. от 23 июня 2015 года (Т.36 л.д. 47-77)

  6. Дополнительный допрос обвиняемого Китасова Е.В. от 24 июня 2015 года (Т.36 л.д. 78-84)

  7. Протокол проверки показаний на месте обвиняемого Китасова Е.В. от 17 июля 2015 года (Т.36 л.д. 85-122)

  8. Дополнительный допрос обвиняемого Китасова Е.В. от 23 июня 2015 года (Т.36 л.д. 138-149)

  9. Дополнительный допрос обвиняемого Китасова Е.В. от 06 августа 2015 года (Т.36 л.д. 150-156)

  10. Проверка показаний на месте обвиняемого на месте Китасова Е.В. от 11 сентября 2015 года (Т.36 л.д. 181-187).

 

        А теперь поподробнее об экспертном заключении № Б-44/2016 от 18 января 2017 года.

После ознакомления с заключением комиссии экспертов Кемеровской областной клинической психиатрической больницы, у меня, как у человека, имеющего только высшее юридическое образование, возникает логически последовательный вопрос: как это возможно за 7 часов 27 минут установить наличие, либо отсутствие психического заболевания. Судебно-психиатрические экспертизы на установление вменяемости/невменяемости обвиняемого на момент совершения преступления, длятся продолжительное время с помещением обследуемого в стационар.

       Возможно, кемеровские специалисты обладают уникальными способностями разрешать подобные задачи, которые были поставлены перед ними следователем.

       Однако, анализ экспертизы № Б-44/2016 выявил многочисленные грубейшие нарушения закона  и показал исключительно формальный характер проведения экспертизы в отношении Китасова Е.В. Рецензию экспертизы кемеровских специалистов проводил член-корреспондент Российской Академии Наук, профессор, имеющий высшее медицинское образование, специальную  подготовку по судебной медицине, учёную степень доктора медицинских наук, высшую квалификационную категорию, сертификат специалиста и стаж работы по специальности с 1975 года – Пиголкин Юрий Иванович. Этот человек является специалистом международного уровня в области судебной медицины. В апреле 2002 г. избран членом-корреспондентом РАМН по специальности судебная медицина. Пиголкин Юрий Иванович является автором многочисленных учебных пособий и открытий в области судебной медицины: автор 10 официально зарегистрированных изобретений и патентов в том числе за создание нового метода диагностики идентификации личности, автор 21 монографии, 3 атласов, 13 учебников, 10 учебных пособий, 1 национального руководства, 3 методических рекомендаций Минздрава, 4 новых медицинских технологий, 225 научных статей.

          Даже не обладая специальными познаниями в области судебной медицины, с легкостью можно понять исследовательскую часть и выводы рецензии на экспертное заключение № Б-44/2016 от 18 января 2016 года, которая, в свою очередь, безусловно поставила под сомнение заключение кемеровских специалистов.

 Предлагаю ознакомиться с выводами рецензии.

ВЫВОДЫ:

ВОПРОС 1.

           

          Насколько соответствует представленное экспертное заключение №Б-44/2016 от 18 января 2016 года требованиям законодательства и подзаконных актов, регламентирующих порядок выполнения и оформления результатов судебно-психиатрических (в том числе комплексных) экспертиз?

         Заключение комиссии экспертов №Б-44/2016 от 18 января 2016 года по амбулаторной комплексной психолого-психиатрической судебной экспертизе Китасова Евгения Владимировича, 1979 года рождения, произведенное в ГКУЗ Кемеровской области Кемеровская областная клиническая психиатрическая больница, выполнено с нарушением требований ст.6 Федерального Закона № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» в части требования объективности, всесторонности и полноты исследований, а также с противоречием требований, установленными ст.204 УПК РФ. Заключение выполнено с многочисленными нарушениями требований инструктивных документов, регламентирующих порядок выполнения и оформления результатов судебно-психиатрических (в том числе комплексных) экспертиз и обязательных для выполнения экспертами государственных экспертных учреждений (ст.201 УПК РФ, ст.23 ФЗ №73).

ВОПРОС №2,3.

        Соответствуют ли выводы, полученные экспертами при выполнении данного заключения, поставленным перед ними следствием вопросам? Обоснованы ли выводы, полученные экспертами при выполнении представленного заключения?

         Выводы эксперта – это мотивированные, научно обоснованные и полные ответы на поставленные перед экспертом вопросы. Выводы эксперта должны носить категоричный характер (Комментарии к ст.204 УК РФ). В данном случае, в представленном заключении амбулаторной экспертизы, вопросы, поставленные перед экспертами следствием, не могли быть разрешены в условиях амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы, т.к. требовали дополнительных (в том числе инструментальных) исследований Китасова Е.В., а также длительного стационарного наблюдения за подэкспертным ввиду сложности и неоднозначности конкретного клинического случая. Выводы заключения комиссии экспертов №Б-44/2016 не соответствует поставленным следствием вопросам, не содержат последовательную и объективную информацию в рамках указанных вопросов, раздел выводов не выполнен в виде последовательных и полных ответов на вопросы следствия. Заключительная часть экспертизы оформлена в виде «свободного изложения» суждений экспертов, не имеющих научного обоснования. Заключительная часть экспертизы не позволяет уяснить, какой фрагмент соответствует ответу на тот или иной поставленный следствием вопрос. На ряд «составных» вопросов следствия ответы экспертами не даны, некорректно поставленные вопросы ими не переформулированы в соответствии с требованиями законодательства. Выводы, полученные экспертами при выполнении заключения № Б-44/2016 от 18 января 2016 года, голословны, ничем не обоснованы, не опираются на какой-либо анализ и базируются на заведомо ошибочной, априорно избранной экспертами концепции об отсутствии у подэкспертного Китасова Е.В. каких-либо психических нарушений в период совершения инкриминируемых ему деяний без учета и анализа ранее проведенных стационарных судебно-психиатрических экспертиз. Для определения медицинского критерия невменяемости и установления у подэкспертного хронического психического расстройства необходимо назначение и проведение стационарной судебно-психиатрической экспертизы с динамическим наблюдением его. В данном случае, проведенная амбулаторная экспертиза не может отражать данные об объективном психическом состоянии Китасова Е.В.

ВОПРОС №4.

 

        Имеются ли у Китасова Е.В. из представленных документов, какие-либо психические расстройства? Каков их характер, течение и прогноз. Могут ли выявленные психические расстройства свидетельствовать о невменяемости Китасова Е.В. на момент инкриминируемых ему деяний?

         По анализу проведенных ранее стационарных судебно-психиатрических экспертиз, у Китасова Е.В. имелись признаки психического расстройства в виде органическое поражение ЦНС, травматического генеза. Психоорганический синдром, смешанный вариант с преобладанием паранойальных эксплозивных черт. За органическое поражение головного мозга травматического генеза свидетельствуют данные в анамнезе неоднократных черепно-мозговых травм, а также наличие контузий при несении службы. Основными симптомами, подтверждающими наличие психического расстройства и психоорганического синдрома, у Китасова Е.В. являются нарушение мышления, расстройства мнестических функций с нарушением всех видов памяти, сужение круга интересов, наличие интеллектуальных нарушений со снижением критики и неадекватной оценке окружающих событий. Наличие подозрительности, бредовых идей, сопровождающиеся агрессивностью и аффективным поведением, ощущение страха, бреда преследования – являются симптомами хронического психического расстройства. В соответствии с медицинскими критериями невменяемости (ст.21 ЦУК РФ), наличие хронического или временного психического расстройства, слабоумия или иного болезненного состояния психики являются обстоятельствами, при которых лицо не могло осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими.

У Китасова Е.В. по представленным медицинским документам имеются все признаки хронического психического расстройства, проявляющегося как нарушением мышления, снижением интеллектуальной сферы (необходимо дифференцировать как врожденное, так и наличием психоорганической симптоматикой с преобладанием паранойальных черт и наличием бредовых идей. При данных психических расстройствах Китасов Е.В. мог не понимать, не осознавать и не руководить своими действиями в момент инкриминируемых ему деяний в силу наличия как интеллектуального, так и волевого компонента.

Для уточнения характера имеющихся психических нарушений, постановки психиатрического диагноза и определения уровня нарушений психической деятельности необходима комплексная стационарная судебно - психолого - психиатрическая экспертиза с полным клиническим наблюдением и обследованием Китасова Е.В. с использованием специфических методов, направленных на установления наличия как органического поражения головного мозга (последствия черепно-мозговых травм, контузии и последствия употребления наркотических средств) и  эволютивного дизонтогенеза (психофизиче­ский инфантилизм, легкая – средняя степень олигофрении, психопатии).»

 

        Неудивительно, что обвиняемыми по уголовному делу № 14610288, после ознакомления с экспертным заключением и рецензией на данное заключение, были заявлены ходатайства о назначении повторной психолого-психологической экспертизы (Т.47 л.д. 2-4).

        В соответствии с п. 2 ст. 207 Уголовно-процессуального кодекса РФ, в случаях возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, производство которой поручается другому эксперту.

        Следователю Алексееву Д.А. было совершенно понятно, что повторная экспертиза, проведенная другими независимыми от мнения следователя экспертами, предоставит в его распоряжение прямо противоположные выводы. Этого он допустить не мог, в виду чего, вопреки закону, отказывает в удовлетворении заявленного ходатайства о проведении повторной психолого-психиатрической экспертизы, сославшись на то, что оснований не доверять кемеровским экспертам у него нет.

        На постановление об отказе в удовлетворении ходатайства была подана жалоба, которая также осталась без удовлетворения по тем же основаниям.

        Если у следователя Алексеева Д.А. и у заместителя руководителя следственного управления Следственного комитета РФ по Кемеровской области Станченко С.А., которая отказала в удовлетворении жалобы, не было оснований не доверять кемеровским экспертам, то в связи с чем у них появились сомнения относительно рецензии, проведенной экспертом международного уровня, человеком, который  известен своими работами во многих странах мира и является автором многочисленных учебных пособий и открытий в области судебной медицины.

        Более того, считаю, что у следователя Алексеева Д.А. вовсе не было оснований назначать судебно-психиатрическую экспертизу, а у кемеровских экспертов не было полномочий ее проводить, т.к. установление факта вменяемости, либо невменяемости обвиняемого на тот момент Китасова Е.В., мог установить лишь тот суд, который назначал принудительные меры медицинского характера.

        В соответствии с ч.1 ст. 446 Уголовно-процессуального кодекса РФ если лицо, у которого после совершения преступления наступило психическое расстройство и к которому была применена принудительная мера медицинского характера, признано выздоровевшим, то суд на основании медицинского заключения в соответствии с пунктом 12 статьи 397 и частью третьей статьи 396 УПК РФ выносит постановление о прекращении применения к данному лицу принудительной меры медицинского характера и решает вопрос о направлении руководителю следственного органа или начальнику органа дознания уголовного дела для производства предварительного расследования в общем порядке.

        Так как в отношении Китасова Е.В. судом, именно судом, не были прекращены принудительные меры медицинского характера, то вопрос о его вменяемости мог решить только Советский районный суд г. Омска. Аналогичная позиция изложена в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 7 апреля 2011 года № 6 г. Москва "О практике применения судами принудительных мер медицинского характера".

        Следователю Алексееву Д.А. после получения информации о том, что обвиняемый Китасов Е.В. состоял на учете в психоневрологическом диспансере, обязательно необходимо было обратиться в это медицинское учреждение с тем, чтобы последние решили вопрос через суд о прекращении принудительных мер медицинского характера, которые еще с 2001 года действовали в отношении Китасова Е.В., т.к. его лечение не было окончено. Китасов Е.В. скрылся от лечения. К психиатру не обращался в дальнейшем, а продолжал активно алкоголизироваться и принимать наркотики.

        И снова обращаю особое внимание, что не кемеровские эксперты, а именно Советский районный суд г. Омска мог разрешить вопрос о вменяемости/невменяемости Китасова Е.В. Следовательно, заключение эксперта № Б-44/2016 от 18 января 2016 года не имеет никакой юридической силы, т.к. эксперты взяли на себя полномочия, которых у них не было.

         В силу ч.1 ст. 75 УПК РФ доказательства, полученные с нарушением требований УПК РФ, являются недопустимыми. Недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ.

         В связи с тем, что Китасов Е.В. должен был проходить принудительное лечение, т.к. оно не было в отношении него прекращено, то в ходе расследования уголовного дела Китасову Е.В. должен был быть назначен законный представитель в соответствии с ч.1 ст. 437 УПК РФ. Но это следователем Алексеевым Д.А. опять же не было сделано.

 

         Подводя итог всему вышесказанному, позволю сделать свой вывод.

         Следователь Алексеев Д.А. настолько процессуально грубо расследовал это дело, что похоже даже не задумывался о последствиях. А когда понимал, что полученные доказательства недопустимы, всеми возможными способами пытался скрыть свои грубейшие нарушения законодательства и Конституции РФ.

         Уголовное дело в отношении Китасова Е.В., дающего признательные показания, было рассмотрено в особом порядке. Поскольку судебное следствие при особом порядке не проводится, судья не оценивает имеющиеся доказательства. Кроме того, осужденный не может обжаловать приговор в части фактических обстоятельств дела. После его вынесения осужденный не сможет доказывать то, что не совершал преступления.

        Тот факт, что Китасов Е.В. не прошел принудительное лечение в психиатрической больнице, прекращение мер принудительного характера в отношении Китасова Е.В. судом не было осуществлено, следовательно, эти меры действовали и в тот момент, когда Китасова Е.В. задерживали, допрашивали и проводили иные следственные действия с его участием.

Именно эти показания легли в основу приговора, который, исходя из доводов заявления, должен быть отменен.

 

На основании изложенного, в соответствии со ст. 144 -145,

ПРОШУ:

1. Зарегистрировать данное заявление об обнаруженных признаках преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 285 УК РФ, ч. 3 ст. 303 УК РФ.

2. Провести проверку по указанным фактам и возбудить уголовное дело в отношении следователя по особо важным делам первого отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Кемеровской области Алексеева Дмитрия Александровича по ч. 3 ст. 285 УК РФ, ч. 3 ст. 303 УК РФ.

3. Исключить участие и влияние сотрудников правоохранительных, надзорных органов Кемеровской области на исход и результаты проверки.

4. Взять расследование под контроль Директора ФСБ России, Генерального прокурора РФ и Председателя Следственного комитета РФ.

5. Поручить оперативное сопровождение данного дела УСБ ФСБ России и ГУСБ МВД России.

 

Приложение:

  1. Копия рецензии на экспертное заключение № Б-44/2016 от 18 января 2016 года;

  2. Копия определения Советского районного суда г. Омска.

  • Одноклассники Social Иконка
  • Vkontakte Social Иконка
  • Facebook Social Icon
  • Twitter Social Icon
  • Instagram Social Иконка
  • Google+ Social Icon
  • LinkedIn Социальные Иконка

© 2017-2019  www.realkemerovo.net

Количество просмотров: